Счастье среднего возраста - Страница 55

К оглавлению

— Ира просила меня приехать.

— А сама она где?

— Может, вы откроете, и я расскажу?

За дверью помолчали. Загремел отпираемый замок.

— Ну, заходи, коли подруга.

Протиснувшись в щель, Александра очутилась в прихожей, размерами больше похожей на коробку от холодильника «Норд».

— Как вас зовут? — взяла она инициативу в свои руки.

— Вера Васильна, — представилась старушка.

— Вера Васильевна, меня прислала Ирина забрать детей.

— А ты часом не из органов каких? — вела допрос хозяйка.

— Нет, нет, я ее подруга!

— Что ж за подруга такая, что ни разу не была и я о тебе не знаю?

— Мы недавно познакомились.

— И вот так, незнакомой женщине, Ирина разрешила отдать детей?

— Вера Васильевна, Ирину сбила машина на дороге, она в больнице сейчас.

— О господи! Свят, свят! Да как же так? А я думаю, второй день нет, уж в милицию собралась сообщать, да дела у нее такие, что и не знаешь, сообщать или нет!

— Вера Васильевна, у меня времени мало, давайте детей соберем.

Бабулька сомневалась. По всему было видно, что она хорошая старушка, сердобольная, но Сашку видела в первый раз, и мало ли что может рассказать незнакомая женщина.

Сашка все понимала, и бабулька ей нравилась — чистенькая, аккуратная — халатик байковый, чистенький отглаженный, теплые ворсистые тапки от сквозняков, волосок к волоску пучок на голове, и прихожая прибранная, чистенькая, хоть и бедная.

— Вот что, Вера Васильевна, чаем угостите? Заодно и поговорим.

— Ну, пошли, почаевничаем! — согласилась старушка.

Через десять минут Сашка расположила к себе хозяйку, рассказала про «аварию», как оказалась рядом и что, пока Ирину «везли в «скорой», та попросила ее помочь Вере Васильевне, забрать детей, пока Ирина в больнице.

— Так вы, стало быть, ее не знаете? — допытывалась хозяйка.

— Нет, — призналась Сашка, — но я оставлю вам все свои данные и паспорт покажу. Я помогу ей, честное слово.

— Кто бы ей, горемычной, раньше помог! — вздохнула Вера Васильевна. — Хозяин-то, правда, ее не обижал.

— Какой хозяин? — насторожилась Саша.

— Дак она в палатке овощной работает, хозяин у нее кавказец, но не обижает, ничего такого, разрешает овощи-фрукты детям брать, платит, правда, маловато, она и подрабатывает где может. Днем приходил, Ирину искал.

Бабулька, кряхтя, поднялась с табурета и вышла из кухни. Сашка осмотрелась — нищета, но аккуратная, чистая, все блестит, вымыто. Вернулась хозяйка с тонкой тетрадочкой в руке и очками, села на прежнее место.

— Ну, давай свои документы!

Сашка достала из сумки паспорт и права, протянула старушке. Вера Васильевна, нацепив очки на кончик носа, внимательно изучала паспорт, придирчиво сравнила фотографию с оригиналом, записала данные в тетрадку, не забыв про прописку, номер водительских прав — никак в органах служила в дни своей молодости? Или жизнь нынешняя научила не доверять никому? Спросила номера Сашкиных телефонов и старательно занесла в ту же тетрадку.

— И куда ты деток определишь? — спросила, отдавая Саше документы.

— У меня поживут.

— И кто за ними присмотрит? Они же малые совсем.

— Я разберусь! Хотите, вы с нами поживите, — предложила Сашка.

— Да господь с тобой! Куда мне, уж восемьдесят скоро, больная я вся. Я и Ирине помогать не могла, племяшку свою пристроила днем за детьми смотреть, пока она на работе. Ирочка исправно платила и за жилье, я ей комнатку сдаю, и племяшке за присмотр. Да вот ее нет уж два дня, они плачут без конца, мы уж и не знали, что делать.

— А племянница ваша сможет посидеть с детьми? Я заплачу, не беспокойтесь.

— Думаю, договоритесь, женщина она хорошая, без работы осталась, вот и подрабатывает. Ирина-то много платить не могла, сама концы с концами еле сводила, старалась, а как же! Ну, я помогала с детьми, сколь могла.

— Сейчас можно позвонить вашей племяннице? Мне в больницу надо, к Ирине.

— Ох, не знаю, милая, у нее ж семья, муж. Ну, идем, деток соберем.

— Они спят?

— Не спят. Плачут, мамку ждут.

Вера Васильевна повела Сашку в маленькую комнату. Когда старушка открыла дверь и Санька увидела двух светлоголовых ангелочков, сидевших на потрепанном диване, в пижамках, прижавшись друг к другу и смотревших на нее перепуганными огромными голубыми глазищами, ей понадобились все силы, чтобы не зарыдать в голос.

Комнатка была маленькая, метров десять. Большую часть занимал расстеленный старый диван, был еще большой шкаф, пара стульев, картонная коробка с игрушками, книжные полки на стенах, заставленные детскими книжками, и все.

— Шурочка, Ванюша, давайте собираться, — мягко, нежно заговорила с детьми Вера Васильевна. — За вами тетя Саша приехала.

— Мама! — заплакала девочка.

— Мы сейчас с вами поедем в большой дом, — пообещала Сашка. — Там красиво, а мама к нам потом приедет.

— Где мама? — спросил мальчик и тоже заплакал.

— Мамочка заболела, но она скоро выздоровеет, мы с вами купим ей яблоки, апельсины и пойдем навестим ее в больнице. Хотите мамочку проведать?

— Хочу к маме!

Девочка расплакалась всерьез, огромные крупные слезы текли по пухленьким щечкам, брат решил не отставать.

— Сколько им лет? — спросила Сашка.

— Два с половиной годика.

О господи, совсем крошки! У Сашки сердце рвалось. Она понятия не имела, как вести себя с детьми, но чувствовала, что сейчас никак нельзя впадать в бабью жалость.

— Так, Вера Васильевна, во что их одевать? Соберите их вещи на первое время и документы, все, какие есть, — привычно руководила Сашка, взяв ответственность на себя.